Барковиана. Поп Вавила

Материал из МатВики
Перейти к: навигация, поиск


          Жил-был сельский поп Вавила
           Уж давненько это было.
           Не скажу вам как и где
           
           И в каком таком селе.
           Поп был крепкий и дородный
           Вид имел он благородный,
           Выпить тоже не дурак -
           Лишь плохой имел елдак.
           Очень маленький мизерный,
           Так, хуишко очень скверный -
           И залупа не стоит,
           Как сморчок во мху торчит.
           Попадья его Ненила,
           Как его не шевелила
           Чтобы он ее поеб -
           Ни хуя не может поп.
           Долго с ним она возжалась:
           И к знахаркам обращалась,
           Чтоб поднялся хуй попа.
           Не выходит ни кляпа.
           А сама-то мать Ненила
           Хороша и похотлива.
           Ну и стала всем давать -
           Словом сделалася блядь.
           Стала вовсе ненаебна,
           Ненасытная утроба.
           Кто уж, кто ее не еб:
           Сельский знахарь и холоп.
           Целовальник с пьяной рожей,
           И приезжий и прохожий,
           И учитель и батрак -
           Все совали свой елдак.
           Благочинному давала -
           И того ей стало мало:
           Захотела попадья
           Архирейского хуя.
           Долго думала Ненила,
           Наконец таки решила
           В архирейский двор сходить
           И владыке доложить.
           Что с таким де неуклюжим
           Жить она не хочет мужем.
           Что ей лучше в монастырь
           А не то, так и в сибирь.
           Собралась как к богомолью:
           Захватила хлеба с солью,
           И отправилась пешком
           В архирейский летний дом.
           Долго ль, скоро она шла,
           Наконец и добрела.
           Встретил там ее келейник
           Молодой еще кутейник.
           Три с полтиной взял он с ней,
           Обещав, что архирей
           Примет сам ее прилично
           И прошенье примет лично.
           После в зал ее отправил
           И в компании оставил
           Эконома старика,
           Двух просвитеров, дьяка.
           Встали все со страхом рядом.
           Сам отправился с докладом:
           И вот из царственных дверей
           Показался архирей.
           
           Взор суров, движенья строги.
           Попадья тут прямо в ноги:
           - Помоги владыко мне,
             Но прошу наедине.
           Лишь поведать свое горе, -
           Говорит с тоской во взоре.
           И повел ее аскет
           В свой отдельный кабинет.
           Там велел сказать в чем дело.
           Попадья довольно смело
           Говорит, что уж лет пять
           Поп не мог ее ебать.
           Хуй его уж не годится,
           А она должна томиться,
           Жаждой страсти столько лет.
           Был суровый ей ответ:
           - Что же муж твой что ли болен?
           Иль тобою не доволен?
           Может быть твоя пизда
           Не годится никуда?
           - Нет, помилуйте, владыка, -
           Отвечает тут затыка, -
           Настоящий королек,
           Не угодно ли разок?
           Тут скорехонько Ненила
           Архирею хуй вздрочила,
           Юбку кверху подняла
           И сама под ним легла.
           Толстой жопой подъезжала,
           Как артистка поддавала...
           Разошелся архирей
           Раз четырнадцать на ней.
           Хороша пизда, не спорю
           И помочь твоему горю
           Я готов и очень рад, -
           Говорит святой прелат.
           - Все доподлинно узнаю,
           Покажу я негодяю.
           Коли этаких не еть,
           Значит вкуса не иметь.
           Быть глупее идиота.
           Как придет тебе охота,
           Полечу тебя опять,
           Чур, как нынче поддавать.
           И довольна тем Ненила,
           Что от святости вкусила,
           Архирея заебла -
           Веселей домой пошла.
           А его преосвященство
           Созывал все духовенство
           Для решенья многих дел
           Между прочим повелел:
           Чтоб дознанье учинили
           Об одном попе Вавиле
           Верно ль то, что будто он
           Еть способности лишен?
           И об этом донесенье
           Дать ему без промедленья.
           Так недели две прошло
           Спать ложилося село.
           Огоньки зажгли по хатам...

           Благочинный с депутатом
           К дому попа подъезжали
           И Вавилу вызывали.
           - Здравствуй сельский поп Вавила,
           Мы де вот зачем пришли:
           На тебя пришел донос
           Неизвестно, кто принес.
           Будто хуем не владеешь,
           Будто еть ты не умеешь,
           И от этого твоя
           Горе терпит попадья.
           Что на это ты нам скажешь,
           Завтра утром нам покажешь
           Из-за ширмы свой елдак,
           Чтоб решать могли мы так:
           Можешь ли ебать ты баб?
           Или хуй совсем ослаб?
           А теперь нам только нужен
           Перед сном хороший ужин.
           Подан карп, уха стерляжья...
           Спинка в соусе лебяжья...
           Поболтали, напились,
           Да и спать все улеглись.
           На другой день утром рано
           Солнце вышло из тумана.
           Благочинный, депутат
           Хуй попа смотреть спешат.
           Поп Вавила тут слукавил
           И за ширмою поставил
           Агафона - батрака
           Ростом в сажень мужика.
           И тогда перед попами
           Хуй с огромными мудями
           Словно гири выпер вон,
           Из-за ширмы Агафон.
           - Что-то мать с тобой случилось?
           Ты на это пожурилась? -
           Благочинный вопросил.
           И Ненилу пригласил.
           Посмотреть на это чудо -
           Тут и весу-то с полпуда,
           И не только попадья,
           Но сказать дерзаю я,
           Что любая бы кобыла
           Эту елду полюбила,
           И не всякая пизда
           Это выдержит всегда.
           - Ах, мошенник. ах, подлец.
           Обманул он вас отец.
           Это хуй ведь Агафона,
           И примета слева, вона...
           Бородавка, мне ль не знать?
           Что ты врешь, ебена мать? -
           Так воскликнула Ненила.
           И всему конец тут было.

См. также[править]